Земля наизнанку: от Гайи к Хтонии
Итальянский философ Джорджо Агамбен в своей статье «Гайя и Хтония», о которой рассказывает издание НОЖ, напоминает древнегреческие мифы, в которых Земля имеет два облика. Первый — Гайя, ставшая привычной нам — всякие леса, холмы, реки, города. Вторая сторона — Хтония, глубины, мрак и магма под земной поверхностью. Эта изнанка планеты покрыта словно мантией Гайи, что заставляет задуматься: за привычным образом природы скрывается нечто куда более фундаментальное и необъяснимое.
Агамбен считает, что мы слишком ориентируемся на светлую сторону Земли, забывая о той темной силе, что кроется в недрах. Это, как оказывается, и есть причина экологического кризиса — наш взгляд на планету ограничивается только поверхностными проблемами, тогда как главная борьба идёт с тем, что прячется под землей, в числе чего главенствует нефть.
И ещё любопытная мысль от философа: слово homo (человек) связано с латинским humus, то есть «почва» или «то, что уходит вниз». Так что по своему имени мы ближе к той самой хтонической глубине, а не к воздушным вершинам, как принято считать. Человек — не венец природы, а существо, укоренённое в подземном мире и нефти.
Нефть как эпоха: петромодерн и атлас мира
Не только Агамбен погружался в идеи нефти. Немецкие исследователи Александр Клозе и Беньямин Штайнингер придумали термин «петромодерн» для описания нашей эпохи, где нефть стала основой всего, что нас окружает. В своей книге «Нефть. Атлас петромодерна» они показывают нефть как сеть, пронизывающую экономику, политику и культуру — и описать это линейным повествованием просто невозможно.
Их главный посыл: чтобы понять современный мир, нужно понять нефть — этот невидимый организующий принцип цивилизации.
Нефть в культуре: от героев романов до косметики
Клозе и Штайнингер отмечают, что нефть проникла даже туда, где её совсем не ждёшь, например, в литературу и индустрию красоты. В XX веке немецкоязычные «сырьевые романы» описывали нефтяников как покорителей природы, где нефть — символ мужской силы и господства.
Читайте также на «7 Новостей»Если вы хотите отвлечься от серьезных тем, посмотрите на 15 невероятно милых малышек из мира животных, которые растопят ваше сердце.
Этот образ перекликается с кино: в фильме «Гигант» 1956 года герой Джеймса Дина отмечает своё торжество, покрывая лицо нефтью — знак победы над землей. Подобные мотивы есть и в фильме «Нефть» Пола Томаса Андерсона.
Интересен и бытовой факт: основа большинства косметических средств — нефтепродукты. Во время Второй мировой войны производители косметики даже обращались к правительству США с просьбой не допустить дефицита красоты, ведь это влияет на боевой дух нации, и производство было признано стратегически важным.
Иллюстрируя культурный масштаб влияния нефти, авторы подчёркивают, как она формирует стереотипы о мужчинах и женщинах, а также проникает в повседневную жизнь и мышление.
Нефть как живое существо по Резе Негарестани
Самый необычный взгляд на нефть принадлежит иранскому философу Резе Негарестани. В своём труде «Циклонопедия» он предлагает представить нефть не просто как ресурс, а как живое существо с собственной волей, которое движется через нашу планету и воздействует на историю и политику.
Нефть живёт в недрах миллионы лет, а люди не управляют ею — они лишь служат ей, помогая добираться туда, куда она хочет. Трубопроводы Негарестани сравнивает с артериями, по которым нефть-сущность циркулирует, изменяя поведение государств и культур.
Так возникает концепция «петрополитики» — управления, при котором нефть движется независимо от политических границ, а государства лишь становятся её проводниками и заложниками.
Вот цитата из «Циклонопедии», иллюстрирующая стиль Негарестани: «Как только нефть доберется до места назначения, машины войны крестового похода, первичная диспозиция которых — динамичность, заправятся этим топливом и соединятся с нефтью и ее производными…»
Ископаемая власть и нефть как основа политической силы
В итоге все эти идеи складываются в понятие «ископаемой власти». Клозе и Штайнингер подчёркивают, что власти нефтеобильных государств — это власть, выкачанная прямо из земли. Она не связана напрямую с армиями и законами, а с контролем над нефтью, что даёт этим странам уникальные возможности.
В качестве примера приводится соколиная охота в странах Персидского залива. После нефтяного бума это древнее хобби превратилось в прерогативу богатых, что повлекло за собой сокращение популяций этих птиц на родине, демонстрируя, как нефть запускает цепочку влияний далеко за пределами экономики и политики.
Чёрная кровь планеты, связывающая миры
Что объединяет Агамбена, Клозе с Штайнингером и Негарестани? Все они видят нефть как связующее звено между живым и мёртвым, прошлым и настоящим, поверхностью и глубиной. Нефть управляет экономикой, формирует культуру, держит власть и меняет даже наше понимание того, кто мы есть.
Агамбен предупреждает: мы не просто забыли про тёмную сторону Земли, мы вытащили её на свет, превращая в топливо, косметику, политическую и культурную силу. Нефть — это та самая Хтония, которая вышла наружу и захватила все аспекты нашего мира. Именно поэтому изучить нашу эпоху нефти без погружения в её философию просто невозможно.
