Еще с античных времен человеческое тело вдохновляло художников и скульпторов. Представления о красоте и значении тела менялись — то его возвеличивали, то избегали, считая греховной плотью.
Радикальные перемены произошли в XX веке, когда зритель стал не просто наблюдателем, а активным участником искусства. Сегодня акционизм — это направление, где именно тело, а не его изображение в живописи или литературе, становится и объектом, и субъектом творчества. Через тело художники исследуют границы социальных норм и сам человеческий опыт, рассказывает издание Нож.
Кровь, ножи и свобода выбора
В 1974 году в неаполитанской галерее «Студио Морра» Марина Абрамович провела легендарный перформанс «Ритм 0». Перед ней лежали 72 предмета — от ножей и цепей до роз и заряженного пистолета. Зрители могли сделать с телом художницы всё, что захотят. Она молча оставалась неподвижной шесть часов, полностью отдавая себя на волю публики.
Сначала люди боялись прикасаться к ней, но чем дольше длился перформанс, тем опаснее и жестче становились действия публики — вплоть до насилия. «Я почти умерла, — рассказывала Абрамович. — Но поняла, что даже в таком состоянии остаешься живой и учишься этому».
Эта акция показала, как быстро меняется поведение человека, получившего безграничную свободу, и задала глубоко философский вопрос о морали и природе власти, облеченный в мощный художественный образ.
Ее работа была продолжением традиций венских акционистов 1960-х, таких как Рудольф Шварцкоглер, который исследовал пределы тела через самоповреждения, и Гюнтер Брус, превращавший свое тело в холст с порезами и красками. Герман Нитч устраивал ритуалы с использованием крови и телесных жидкостей.
Переход на сайт «FiNE NEWS»Цвет мочи может служить важным индикатором состояния здоровья, о чем подробнее рассказывается в статье Цвет мочи как индикатор здоровья — что важно знать каждому.
Как отмечает искусствовед Сергей Бабкин, подобные акции выражали травмы послевоенного общества и высмеивали буржуазные нормы, которые пытались забыть страшное прошлое, используя шок и провокации.
Тело и технологии — новый этап
Австралийский художник Стеларк выбрал путь интеграции тела с технологиями. В центре его экспериментов — идея постгуманизма, где человек уже не центр мироздания, а часть сложной системы.
Его проекты — от механической кисти, управляемой мышцами живота, до гигантского робота-паука — выходят за пределы обычных скульптур. В 1996-м Стеларк даже подключил себя к интернету, снабдив мышцы электродами, которыми могли управлять дистанционно другие пользователи.
Десять лет спустя он добавил к руке механическое ухо, передающее звуки из сети. Его работы показывают, как тело может трансформироваться с помощью технологий, а кино Дэвида Кроненберга, например «Преступления будущего» (2022), исследует эти же темы на уровне драматургии и философии.
От эпатажа к самопознанию — боди-арт
Есть и более мягкая форма арт-акционизма — боди-арт, которая часто ассоциируется с йогой и духовными практиками. При этом у боди-арта долгая история: еще в 1913 году Михаил Ларионов устроил «футуристическую прогулку», раскрасив себя и друзей ярким гримом.
Интереснее другой вид боди-арта, где тело — это не холст, а кисть. Вместо кисточек художники рисуют ладонями, волосами, грудью и другими частями тела. При этом важен не только результат, но и сам процесс, создание связи между творцом и зрителем. Иногда даже без красок.
Увидеть это в деле можно будет 26 мая на сцене Театра Маяковского. В рамках фестиваля «ПЕРФОРМА (Р)» пройдет телесно-ориентированный перформанс «Дисциплина личности», созданный режиссером Юрием Квятковским совместно с драматургом Михаилом Дегтяревым и хореографом Александром Ошкиным. Музыку подготовило международное агентство Debut 2, смешавшее академические мотивы с гипнотическими ритмами рейва.
На этом перформансе зрители будут находиться на сцене, а действие развернется перед ними — в зрительном зале, так что каждый сможет стать частью единого живого организма. Главный вопрос — какие установки сегодня определяют нас и соответствуют ли они нашим внутренним желаниям.
Здесь зритель превращается в соавтора, а тело — в средство самовыражения и творчества. Иногда именно через такие нетрадиционные практики можно сказать больше, чем словами.
