Съемки сиквела «Дьявол носит Prada» стартовали 30 июня, и возвращаются главные актрисы — Мерил Стрип, Энн Хэтэуэй, Эмили Блант и Стэнли Туччи, а роль мужа Миранды Пристли исполнит Кеннет Брана. По данным daily.afisha.ru, проект ведет сценаристка оригинального фильма Алин Брош МакКенна, а режиссером, скорее всего, станет Дэвид Фрэнкел. Однако актриса Энн Хэтэуэй признает, что будущее продолжения пока трудно представить, учитывая смену эпохи и переход индустрии в цифровой формат.
Рынок классических печатных СМИ резко сократился — в США доходы газет упали почти вдвое за 18 лет, а тиражи снизились в два раза, отмечает U.S. Census Bureau. Падение доверия к традиционным медиа, включая такие титаны, как Vogue, заметно ускорилось: в 2024 году 80% американцев им не доверяют.
Не случайно, что выход сиквела совпал с уходом Анны Винтур с поста главреда Vogue, где журнал, некогда задававший моду, сейчас едва успевает за блогерами и новыми трендами.
В фильме «Дьявол носит Prada» отражена реальность сложной и холодной индустрии моды. Жесткая, требовательная и властная Миранда Пристли вдохновляет зрителей своим упорством и взглядами на работу, но за этим стоит токсичная культура, где помощники постоянно на грани срыва: бесконечные задания, давление и полное игнорирование личных границ.
Образ Андреа, главной героини, вызывает дискуссии — она умна и целеустремленна, но вынуждена работать в условиях, где ценят лишь безупречный внешний вид и готовность к постоянным жертвам. Ее отношения с бойфрендом Нейтом — отдельная история, чаще всего критикуемая за нежелание поддерживать успехи девушки и демонстрацию эгоизма. Даже актер Адриан Греньер признался, что характер героя заставил его задуматься о себе.
На фоне восхищения образом Миранды Пристли и ее силой, фильм затрагивает и тревожные темы — влияние модной индустрии на токсичное восприятие тела и культуры диет. Ужесточение внешних стандартов, жесткий контроль веса и даже открытия статистики по расстройствам пищевого поведения вызывают тревогу. Журналистка Мишель Константиновски отмечает, что именно миллениалы и поколение, выросшее на грани интернет-пространства и соцсетей, впервые столкнулись с массированным бодишеймингом.
История фильма не могла остаться без следа в культуре рабочего места — сегодня молодое поколение открыто отказывается от идеи «работать до упаду», стремясь к балансу между карьерой и личной жизнью. В соцсетях вспыхивают споры о токсичных корпоративных практиках, а описание вакансий в индустрии порой удивительно напоминает порядки из фильма. Для зумеров работа — инструмент для жизни, а не жизнь ради работы.
Сам главный вопрос к сиквелу — сможет ли он переосмыслить и осветить вызовы, которые само время впервые показало в оригинале? Или станет еще одним продолжением, будто живущим прошлым, как случилось с «Сексом в большом городе»?
