Иногда достаточно чужого сна, чтобы пожилая женщина потеряла дом, семью и привычную жизнь. На севере Ганы сотни женщин, объявленных ведьмами, нашли приют в шести неофициальных лагерях. Только вот слово «приют» здесь звучит обманчиво: попасть туда легко, а вернуться обратно бывает почти невозможно.
Когда сон становится приговором
Вера в колдовство в некоторых общинах Ганы остается не старинной легендой, а силой, которая напрямую влияет на судьбы людей. Причиной обвинения могут стать смерть родственника, болезнь, неурожай, семейная беда или даже успехи ребенка в школе. Иногда хватает сна, приснившегося соседу.
Так в лагере Гамбага оказалась Матис Аволало. После смерти мужа ее выгнал из дома сын: один из соседей увидел женщину во сне и связал это с несчастьями. Матис рассказывала, что уходила с мыслью о самоубийстве.
Обвинение нередко сопровождается ритуалом с курицей или цесаркой. Если птица погибает, это воспринимают как духовное подтверждение вины. Впрочем, ритуал может и не понадобиться: иногда достаточно слова вождя или соседа. Чаще всего жертвами становятся пожилые вдовы без образования и поддержки семьи. Девять из десяти обвиняемых в колдовстве старше шестидесяти лет.
Убежище без стен
У лагерей нет высоких заборов и охраны, которые физически удерживали бы женщин внутри. Главная преграда — страх. Многие жительницы уверены: если вернуться домой, их ждут болезнь, нападение или смерть. Поэтому место, которое должно защищать, постепенно становится ловушкой.
Быт там тяжелый. Женщины спят на земляном полу, зависят от редких пожертвований и не имеют постоянного доступа к еде, воде и медицинской помощи. В некоторых случаях их заставляют работать за еду — например, собирать урожай на полях ближайших деревень. Помощь, предназначенная лагерям, может оседать у местных лидеров, а священники тоже используют труд жительниц.
Переход на сайт «FiNE NEWS»Жильцы дома на проспекте Юрия Гагарина столкнулись с серьезной проблемой, связанной с насекомыми. Подробности можно узнать в статье Нашествие тараканов обеспокоило жителей дома на проспекте Гагарина в Петербурге.
И все же ситуация не везде выглядит одинаково мрачно. В Гамбага работает церковь, чей священник знает женщин по именам. За десятилетия здесь появилась программа возвращения в общество: некоторые жительницы ездят к родным, семьи приезжают к ним, а церковь помогает постепенно восстановить связи.
Домой — через дорогой обряд
Вернуться в общину можно, но путь домой требует денег и согласия окружающих. Перед возвращением женщине предлагают пройти традиционное «очищение» с жертвоприношением барана и курицы. Такой обряд стоит около тысячи ганских седи — для большинства жительниц лагерей это неподъемная сумма.
Даже после него принятие не гарантировано. Некоторые общины считают, что обвиненная женщина навсегда остается ведьмой. Получается замкнутый круг: лагерь не дает нормальной жизни, а родная деревня не обещает безопасности.
Маленькие перемены вместо решения
Исключения все же есть. За пятнадцать лет благотворительным организациям удалось помочь примерно шестистам женщинам вернуться в общество. В 2014 году один из лагерей закрылся: все его жительницы снова жили в семьях.
Но общей системы защиты по-прежнему нет. В прошлом году появился законопроект, предлагающий запретить публичные обвинения, ввести ответственность за духовные консультации и создать программы реинтеграции. Даже его принятие не изменило бы ситуацию мгновенно: закону пришлось бы конкурировать с укоренившимися страхами и представлениями. Поэтому путь от убежища к настоящему дому для этих женщин, вероятно, еще будет долгим.
